От редакции
Чем отличается «Русское самосознание» от таких журналов, как «Наш Современник», «Москва», «Молодая Гвардия»? Ну, конечно, тиражом, объёмом, периодичностью, полиграфическим качеством и ещё рядом внешних признаков. А по существу? Ответ, думается, очевиден: в журнале «Русское самосознание», и только в нём, на первом плане стоит философия.Здесь она — не приложение, не приправа к основным текстам; здесь она —альфа и омега всего журнала, его стержень. Это не значит, что работы, написанные в ином ключе (богословском, историческом, литературно-критическом) являются для нас чем-то второстепенным. Для философии необходима связь с другими видами творчества, связь с живым опытом, связь со всей полнотой действительности — иначе философия остаётся пустой и формальной. Тем не менее, философия — не служанка религии, не служанка науки и искусства, не служанка политики (и тем более — «геополитики»)- Вот этого-то, на наш взгляд, и не понимают те, кто думает, что философия должна подпирать их политические программы, религиозные убеждения или художественные вкусы. Настоящая философия этого делать не будет; её задача — осмысление, прояснение и углубление тех взглядов и убеждений, которые сложились стихийно, из потребностей практической жизни; сложились помимо философии, и потому всегда содержат в себе смесь истинного и ложного. А такая смесь для философии неприемлема.
Всё это, конечно, понимали настоящие русские мыслители, те, кто ие занимался «игрой в бисер», а стремился возвести наши духовные инстинкты в сознательные начала, по точному выражению Н.Н. Страхова. Заметьте: возвести, то есть поднять на более высокий уровень. Труд такого возведения необходимо продолжить сегодня, ибо он, по сути дела, оборвался ещё в началеXX века, а впоследствии, при коммунистическом режиме, был даже официально запрещён. Конечно, не питает симпатий к этому труду и нынешний «демократический» режим. Но ещё печальней — и об этом надо сказать прямо — что необходимость такого труда очень смутно понимают и многочисленные идеологи патриотического лагеря; среди них царит или бездумное умиление уже достигнутым ( русская идея! соборность!), или откровенное бегство в эзотеризм, в «тайное знание» (которое обещает всё, но не дает ничего), в опасную игру с утопиями очередного »русского рая» и т.п. Философия — настоящая философия — остаётся здесь на задворках, «на подхвате»; а по сути — не нужна вовсе.
«Русское самосознание» — тот единственный журнал, который взял на себя дело возрождения национальной философии. Печально, конечно, что пока мы не можем похвастаться вниманием и пониманием со стороны других изданий, в том числе и тех, от которых мы могли бы ожидать духовной поддержки, умного (а если нужно, то и критического) слова. Не беда. Для нас есть более важные показатели правильности избранного нами пути. Неуклонно растёт число наших авторов, не ждущих гонораров и широкой известности — и это лучшее свидетельство того, что мыслящим русским людям необходим русский философский журнал. Успешно развивается работа Русского Философского Общества, которое с этого года носит имя Николая Николаевича Страхова — не как «культовой фигуры», а как одного из родоначальников русской национальной философии» связанного, к тому же, с нашим городом, с особым петербургским мотивом в высокой музыке русской мысли. Короче, мы продолжаем начатое дело и верим в его насущность.